Производственно-хозяйственная деятельность предприятия, управление предприятием
Поиск по сайту:
Поиск



Положение о социалистическом государственном производственном предприятии
Производственно-хозяйственная деятельность предприятия, управление предприятием

Сведение к реакции всех «самых сложных», «высоких» и «тонких» форм поведения

К. Н. Корнилов стремился найти в поведении человека соотношение биологических и социальных моментов, соответствующее наличию врожденных и приобретенных реакций. Однако в реактология биологическое и социальное, по существу, оказывались дуалистически противопоставленными друг другу. Не сумев уйти от традиционной схемы эмпирической индивидуальной психологии с ее различением «эндопсихики» и «экзопсихики» и механистически объединяя их друг с другом, Корнилов не увидел диалектического единства врожденного и приобретенного, биологического и социального в поведении человека. Следует, правда, отметить, что им неоднократно подчеркивался примат социального над биологическим. Однако, как известно, предпочтение социального биологическому и признание первого доминирующим нисколько не меняет сути дела, В этом легко убедиться, познакомившись, например, с разделами «Учебника психологии, изложенной с точки зрения диалектического материализма»28, посвященными инстинктивным реакциям. Корнилов писал, что у человека, хотя имеется, по-видимому, не менее инстинктов, нежели у животного, ко эти инстинктивные реакции сплошь и рядом носят скрытый характер, будучи затемнены приобретенными реакциями. Это говорит о том, что для реактолога наследуемое и приобретенное механически соседствовало друг с другом и социальное лишь затеняло биологическое, внутренне его не преобразуя и не опосредствуя.

Не приходится удивляться поэтому, что Корнилов допускал био- логизацию в трактовке психической жизни человека, превращая инстинкты в основу эмоционально-волевой сферы человеческой личности. Так, многие нравственные чувства, в том числе коллективизм, он выводил из инстинкта «стадности» и видел только количественную разницу этих человеческих чувств и соответствующих эмоциональных реакций животных.

Сведение к реакции всех «самых сложных», «высоких» и «тонких» форм поведения обнаруживало методологическое родство реактологии с рефлексологией. Как уже подчеркивалось, сводить все Проявления психической деятельности к рефлексам (как и к реакциям)— значит игнорировать специфическое в механизмах поведения человека. Одно дело — рефлекторный принцип как теоретическое понятие, утверждающее детерминированность любых проявлений жизнедеятельности (в том числе и психических) воздействиями среды, другое — сведение сложных форм поведения общественного человека к простым элементам, будь то рефлексы, супер рефлексы или реакции. Объяснять поведение человека закономерностями реакции — значит стирать качественные различия между сложнейшими психическими провесами и простейшими ответами на раздражения окружающей среды. То, что последние составляют естественную основу первых, никак еще не дает основания сводить первые к последним.

Вместе с тем рассмотрение работ Корнилова, относящихся к этому периоду, не подтверждает многие обвинения, высказываемые его оппонентами («скатывание к агностицизму» и «кантианское извращение марксистско-ленинской теории отражения»). Следует отвергнуть и утверждение, что ошибки Корнилова представляли попытки «протащить под флагом марксизма идеалистические идеи в область психологии». Принципиально неверным было стремление некоторых философов и психологов изобразить Корнилова, который боролся за марксизм в психологии, иногда допуская при этом тяжелые просчеты и ошибки, каким-то скрытым врагом марксизма.

Наиболее серьезной теоретической ошибкой Корнилова во второй половине 20-х гг. была упомянутая выше идея «органического синтеза» субъективной психологии и бихевиоризма.

Яндекс.Метрика