Производственно-хозяйственная деятельность предприятия, управление предприятием
Поиск по сайту:
Поиск



Положение о социалистическом государственном производственном предприятии
Производственно-хозяйственная деятельность предприятия, управление предприятием

Позиция Челпанова в полемике первой половины 20-х гг

Потерпев поражение в открытом столкновении с новой идеологией, идеализм отыскивает разнообразные лазейки и использует хитроумные формы маскировки и мимикрии для осуществления все тех же реакционных целей.

После 1922 г., когда была опубликована статья В. И. Ленина «О значении воинствующего материализма» и резолюция XII Всероссийской конференции РКП (б) (4—7/VIII 1922 г.) «Об антисоветских партиях и течениях», прямые выступления с позиций философского идеализма против марксизма почти полностью, за редкими исключениями (А. И. Введенский и некоторые другие), прекратились. Идеалистические течения, в том числе и идеологические, философские, стали менять тактику, пытаясь использовать советскую легальность в своих интересах и держа курс на «врастание» в советский режим с конечной целью изменить его в духе буржуазной демократии. В науке, и в психологической в частности, это означало отказ от выпадов по адресу К. Маркса и даже вынужденное — на словах — признание некоторой ценности марксизма для психологии, но на деле в последнем счете — попытку оторвать психологию от марксистской философии.

В этих условиях начался последний этап деятельности Г. И. Челпанова, несомненный идеализм которого маскировался тогда марксистской фразой, умелым лавированием и организаторской активностью. Оставаясь по существу объективно антимарксистскими, позиции Челпанова отвечали общему тону сменовеховских настроений известной части старой буржуазной интеллигенции.

Позиция Челпанова в полемике первой половины 20-х гг. весьма проясняется, если сопоставить его высказывания с взглядами, защищаемыми Введенским. Как было показано выше, многие теоретические положения Челпанов еще в дореволюционный период позаимствовал у Введенского. И в послеоктябрьский период петербургский философ-неокантианец оставался путеводным огоньком для теряющего почву под ногами Челпанова. Надо отдать должное Введенскому. Это был умный и коварный враг материализма как до Октября, так и после него. На фоне умозрений «конкретного и отвлеченного идеалреализма» Н. Лосского и туманных рассуждений о добре и зле Л. Карсавина статья Введенского «Судьба веры в бога в борьбе с атеизмом» является документом воинствующей теологии, прямо и откровенно противопоставленной усиливавшейся в республике пропаганде атеизма. Именно здесь Введенский высказывает мысль, которую если не буквально, то в общей системе своей завтрашней тактики повторит Челпанов: «...по-видимому, ясна та причина, которая порождает нынешний русский, воинствующий атеизм. Она, по-видимому, состоит в преданности учению Маркса, взятому в его неприкосновенном виде (разрядка моя.—. А. П.). Маркс выработал в высшей степени привлекательное социально-экономическое учение, то, что называют марксистским, или научным, социализмом. А философской предпосылкой этого учения он сделал атеизм с материализмом, в чем не было никакой логической неизбежности...».

Итак, суть «прикосновения» Введенского к Марксу ясна: «отщепить» атеизм и философский материализм Маркса от его «научного социализма» и атаковать их поодиночке. До революции Введенский и его единомышленники нападали на «научный социализм» Маркса, после революции, когда «научный социализм» победил, они пытались нанести удар по философскому материализму Маркса и атеизму.

Вот этот-то прием — «расщеплять» марксизм, отрывать экономический материализм от философского, отделять «материализм от диалектики» и третировать его как «вульгарный», «наивный» — становится излюбленным тактическим приемом Челпанова. И ему, как и Введенскому, не импонировал марксизм в «неприкосновенном виде», и он пытался установить смысл «подлинного марксизма». Что представлял «подлинный марксизм», по Челпанову, мы дальше увидим.

Яндекс.Метрика