Производственно-хозяйственная деятельность предприятия, управление предприятием
Поиск по сайту:
Поиск



Положение о социалистическом государственном производственном предприятии
Производственно-хозяйственная деятельность предприятия, управление предприятием

Условия революционного времени

Условия революционного времени, разрушив храм «чистой науки» и выведя психологию из атмосферы академизма и схоластики на свежий ветер практического переустройства жизни трудящихся, вместе с тем способствовали коренной перестройке ее теоретического фундамента. Передовым психологам уже в первые годы Советской власти было ясно, что старая метафизическая психология, господствовавшая в официальной науке царской России, себя полностью изжила, исчерпала и скомпрометировала. Блонский пишет в книге «Реформа науки» в свойственной ему остро публицистической манере об «архаической», «атавистической», «мифологической» психологии, имея в виду не только умозрительную метафизическую, но и эмпирическую психологию недавнего прошлого.

Однако в первые послереволюционные годы (1917—1922), остро ощущая необходимость в коренной реформе психологии и даже понимая общее направление этой реформы и реорганизации науки — движение к материализму, самые передовые ученые не видели конкретных путей перестройки психологии. Задача перестройки психологии на основе марксизма еще не была сформулирована. В результате возникает ситуация, когда старая умозрительная психология утрачивает свои господствующие позиции вместе с падением того государственного строя и общественного уклада, которые ее сохраняли и поддерживали, а новая система взглядов на предмет и задачи психологии только смутно предчувствуется и не является сколько-нибудь реальной силой на арене идейной борьбы. Следовательно, единственное, что могло произойти в этот период, — перегруппировка сил в психологии.

Когда умозрительная психология утратила влияние и была вытеснена из научного обихода, место ее на правом фланге занимает эмпирическая психология, которая усиливает сопротивление материализму, используя более тонкие приемы теоретической борьбы, чем откровенная проповедь спиритуализма, присущая ее предшественнице. В этом смысле характерным явлением был переход Г. И. Челпанова, который до революции своеобразно сочетал в себе черты психолога-метафизика и психолога-эмпирика, на позиции защиты эмпирической, и только эмпирической, психологии (о чем будет речь дальше). В то же время естественнонаучное направление торжествует победу и приступает к реализации той программы построения психологической науки, которая сложилась внутри ее отдельных школ до Октября.

Естественнонаучное направление — неоднородное по составу и до революции — в послеоктябрьский период оказывается еще более разнообразным и противоречивым. Сохранив самое ценное, что было в нем прежде: протест против субъективизма и идеализма, а также требование объективных методов исследования в психологии, указанное направление тем не менее в это время не обладает принципиальными отличиями от других течений объективизма в европейской и американской психологической науке, несмотря на всю революционную фразеологию некоторых своих представителей. Большинство научных школ объективной психологии не скрывают родства со школами бихевиоризма.

В. М. Бехтерев в примечании к статье П. Сорокина, освещающей состояние американского бихевиоризма, замечал: «Читатели, знакомые с русской рефлексологической литературой, найдут, что в вышеуказанной установке взглядов американские ученые идут в полном согласии с представителями русской рефлексологической школы».

Основная идея, которой подчинено содержание многих систем объективной психологии того времени, формулируется следующим образом: психология может быть определена как наука о поведении живых существ. Тем самым утверждается ставшее ведущим в первый послереволюционный период направление, которое мы в дальнейшем будем именовать поведенческой (или объективной) психологией.

Яндекс.Метрика