Производственно-хозяйственная деятельность предприятия, управление предприятием
Поиск по сайту:
Поиск



Положение о социалистическом государственном производственном предприятии
Производственно-хозяйственная деятельность предприятия, управление предприятием

Субъективные расхождения Павлова и Вагнера

Не могли не вызывать отрицательного отношения у Вагнера попытки некоторых философствующих физиологов (к которым он, конечно, не относил Павлова, но к числу которых, как можно было видеть, относились в этот период некоторые павловские сотрудники) соединить метафизику и идеализм с физиологией: «Физиологи, очутившись в чуждой им области отвлеченных соображений, нередко забираются в такую гущу метафизики, что можно лишь недоумевать над тем, как могут совмещаться в одном мозгу столь противоположные способы мышления».

Отрицательную реакцию вызвала у Вагнера трактовка зоопсихологии как науки сплошь антропоморфистской и субъективистской, трактовка, принадлежавшая многим физиологам и самому Павлову. В этот период зоопсихолог в оценке Павлова — тот, кто «хочет проникать в собачью душу», а всякое психологическое мышление есть «адетерминистическое рассуждение». В те годы, когда Павлов разрабатывал основные положения своего учения о физиологии высшей нервной деятельности, а Вагнер — «биологические основания сравнительной психологии», И. А. Сикорский писал как о чем- то само собой разумеющемся об «эстетических чувствах» рыб, о «понимании музыки» у амфибий, об «интеллектуальных упражнениях» попугаев, о «чувстве благоговения» у быков. Однако подобный антропоморфизм был неприемлем для Вагнера не в меньшей мере, чем для Павлова.

Субъективные расхождения Павлова и Вагнера исторически объясняются трудностью решения в тот период гносеологических проблем науки, и в частности психофизической проблемы. В результате один из них, Вагнер, совершенно неправомерно причислял другого к механистической (в духе Леба), физиологической школе, а другой, Павлов, также неправомерно не делал никаких исключений для зоопсихологов, стоящих на аитнантропоморфистских и антисубъективистских позициях.

Замечательно, что объективную общность позиций Павлова и Вагнера подметил еще в дореволюционные годы Н. П. Ланге. Критикуя психофизический параллелизм, или «параллелистический автоматизм» физиологов-механицистов, Ланге выдвигает аргументы, заимствованные из эволюционной психологии. Он указывает, что «параллелистический автоматизм» не может объяснить, каким образом и почему развилась психическая жизнь. Если эта жизнь не оказывает никакого влияния на организм и его движения, рассуждает он, то к психологии теория эволюции оказывается неприменимой. «Эта психическая жизнь совершенно не нужна организму, он мог бы так же действовать и при полном отсутствии психики. Если же мы придаем психической жизни биологическую ценность, если в развитии ее видим эволюцию, то эта психика уже не может быть бесполезной для самосохранения организма» . Весь раздел «Биологическое значение психической жизни» книги «Психология» обнаруживает зависимость аргументации Ланге от взглядов Вагнера, которого он здесь лее цитирует, называя «известным биологом» и «сторонником чисто объективной зоопсихологии».

Но самое существенное в том, что здесь же Ланге отделяет взгляды Павлова от механистической системы «старой физиологии» и показывает, имея в виду школу Павлова, что «в самой физиологии мы встречаем ныне стремление к расширению старых физиологических понятий до их широкого биологического значения. В частности, такой переработке подверглось понятие о рефлексе — этой основе чисто механического толкования движений животного». Таким образом, Лаиге уже тогда разглядел, что механистическая концепция рефлекса, восходящая к Декарту, подвергается переработке в павловской рефлекторной теории, в его учении об условных рефлексах. Вагнеру такая прозорливость оказалась недоступной, тогда как именно в этой переработке было скрыто принципиальное отличие учения Павлова от взглядов механицистов: «Знаменитые исследования проф. Павлова относительно рефлекторного выделения слюны и желудочного сока, — говорит Ланге, — показали, какие разнообразные, в том числе и психические, факторы оказывают свое влияние на эти рефлексы. Прежнее упрощенное понятие о рефлексе, как о процессе совершенно независимом от психики, оказывается в сущности догматичным и недостаточным». Таким образом, Ланге справедливо сближает Павлова не с физиологами-механицистами, а с биологами-эволюционистами, виднейшим представителем которых был Вагнер.

Яндекс.Метрика