Производственно-хозяйственная деятельность предприятия, управление предприятием
Поиск по сайту:
Поиск



Положение о социалистическом государственном производственном предприятии
Производственно-хозяйственная деятельность предприятия, управление предприятием

Идея построения педагогики на данных психологии

Перед началом строительства института Челпанов предпринял поездку в Западную Европу и Америку для ознакомления с устройством психологических лабораторий. В результате Московский психологический институт по части оборудования превзошел все другие подобные институты мира. В том, что советская психология с первых же лет после Октябрьской революции имела великолепную экспериментальную базу в Москве, немалая заслуга Челпанова. На основе опыта исследований, проведенных в институте, была написана книга Челпанова «Введение в экспериментальную психологию» (1915), в которой обобщаются и характеризуются современные ему методы экспериментального исследования. Она оказала несомненное влияние на аналогичные руководства, вышедшие уже после Октябрьской революции, в частности на «Практикум по экспериментальной психологии» под ред. Корнилова и др., который оставался основным пособием по методике экспериментальных исследований во второй половине 20-х и первой половине 30-х гг. Челпанов сумел объединить вокруг себя способную молодежь и создал условия для ее успешного научного творчества. Некоторые ученики Челпанова сыграли значительную роль в становлении молодой советской психологии, но, конечно, при этом они по ряду принципиальных вопросов решительно разошлись со своим учителем.

Г. И. Челпанов занимал правый фланг русской эмпирической психологии. Через него экспериментальная психология была связана с официальной идеалистической философией. Положение Челпанова, бессменного «товарища председателя» (Лопатина) Московского психологического общества, как бы символизировало и закрепляло место, которое занимала его экспериментальная психология в отношении к метафизической психологии воинствующего идеализма. Справедлива та резкая оценка, которую давал ей Тимирязев, говоря, что разрабатываемая Челпановым психология «похожа на жалкую собачку, водимую на привязи» служанкой теологии.

Во многих отношениях отличную от Челпанова позицию занимал другой известный представитель эмпирической психологии — Нечаев, являвшийся руководителем петербургской лаборатории экспериментальной психологии, одним из основных организаторов съездов по педагогической психологии и экспериментальной педагогике, видным исследователем проблем памяти и ассоциации. Ученик Введенского, он по философским воззрениям был близок к неокантианству и позитивизму. В качестве своих предшественников в психологии он называет В. Прейера и в особенности С. Холла, а также К- Д. Ушинского и Н. И. Пирогова, которые требовали основывать педагогику на изучении психического мира воспитанников, на глубоком знании человеческой природы.

В психологических воззрениях Нечаев настойчиво стремился отмежеваться от «метафизики», с которой он, по существу, отождествлял всякое теоретическое осмысление психологических фактов. Основная линия его психологических построений — отказ выходить за пределы «точных фактов», эмпиризм.

Идея построения педагогики на данных психологии, т. е. на количественных результатах экспериментально-психологических исследований воспитанников, определила направленность исследований в той лаборатории, где работали Нечаев и его сотрудники (Н. Румянцев, М. Коноров и др.). Здесь отчетливо сказалась присущая многим представителям эмпирической психологии тенденция придать психологической науке прикладной характер, заставить ее служить практике, а также вера в могущество экспериментально-психологического метода при решении жизненно важных вопросов. Исторически прогрессивный характер этих устремлений Нечаева, их практическая направленность вызвали поддержку со стороны Ланге, Лазурского, Бехтерева и откровенную неприязнь Введенского49 и Челпанова. Вместе с тем принципиальная порочность методологических позиций эмпирической психологии создавала препятствия для действительно научного решения задачи практического приложения этой науки к педагогике. Возможность такого приложения широко декларировал неча- евский экспериментализм. В результате уже тогда становилась ясной несостоятельность претензий «экспериментальной психологии» обосновывать практику учебной и воспитательной работы в школе и превращать педагогику в прикладную психологию.

Яндекс.Метрика